Воспоминания

В этот сезон, по заказ-наряду ,мне досталось около полусотни опознаков. проработав по карте местоположение каждого из них, я понял, что на сей раз без теодолитных ходов не обойтись. Да к тому же, начальник партии(Анвар…, фамилию его я и тогда не мог запомнить), был человек без фантазии, слепо подчиняющийся сам, инструкциям и предписаниям. И заставляющий это делать подчиненных.(не уверен, но может быть так и нужно поступать на его месте).Ф вот работать без придумок очень скучно.
Я всегда любил свободу выбора(то есть мне нужно задать конкретную конечную цель и точность, с которой она должна быть получена.Все остальное, я выбираю (рассчитываю) сам.
Особенно это было актуально в дальнейшем при работе в Ленэнерго, где заказчик порой не мог внятно поставить даже хадачу.
Но это я отвлекся на размышления(Мои мысли мои скакуны)
Большинство опознаков я привязал засечками, благо опыт уже был. К нескольким нз них пришлось все-таки тянуть ходы:»рокляли все на свете пока рубились. Особенно убивали, попадающиеся на пути, в конце створа, сухие лиственницы(топор отскакивает, как от железяки. Да к тому же сухая макушка дерева, обломившись пытается огреть тебя по макушке. И как всегда, по закону Мерфи,любая не срубленная ветка на просеке попадает точно на марку рейки..
Раз разговор зашел о ходах, то позволю себе нарушить хронологтю и забежать вперед, в начало ноября. В тот день с утра была мягкая, пасмурная погода. Из низко нависших облаков даже сыпал редкий мокрый снежок, но мы отправились доделать
брошенный наканунене большой хвостик хода: «. На каком-то штативе я почувствовал, что теодолит перестал вращаться.Оказалось, что между полуприемами успел примерзнуть».Когда огляделся, то увидел, что снежок окончился. А по небубуд-то ножом полоснули и разрезали его на две части, причем разрез был такой ровный словно делали его по линейке Дробышева:»низкая сплошная пелена облаковмедлено отступала на восток, а с западатеснила еебездонная голубень и даже на горизонтевспыхивало закатное солнце. Слов нет, как Красиво.Но морозец начал прихватыватьи мы чуть-ли не бегом отправились к палатке, ходу до нее было километра 3. когда мы спустились к ней, то у нас уже зуб на зкб не попадал и ватники трещали , стоило лиш руки согнуть. В корпусе рейки для ДНТ есть градусник.для любопытстваю первым же деломмы достали из коробки вторую рейку и посмотрели на него:» синий столбик подкрашенного спирта показывал -38º. Никогда больше мне не приходилось встречаться с таким резким перепадом температуры (за какой-то час почти на 40 º 9жаль книги рекордов, тогда еще не было).
Второй примечательныйслучай (вернее первый, так как он произошел в августе).оставил, куда большие впечатления. К нам в бригаду прилетел вертолет с проверяющими: «это главный геодезист экспедиции 9горшков,Лаврентий Евдокимович),начальник партии (Анвар) и ящик водки».я понимаю, скучно сидеть. Мужикам на одном месте.Первое о чем они меня спросили:»умею ли я играть в преферанс?».услышав в ответ, что не умею.Заметили:»не беда, научим».три дня , не вылезая из палатки они меня учили, а дальше водка кончилась и дальнейшее обучение отложили на потом научился я на тысячу рублей, без малого.Перед самым отлетом Анвар вспомнило цели посещения. Взялся за хурналы. И как на грех, обнаружил прокол:»один из углов в засечке опознака опознака был на 25´меньше 30º и сколько мы с горшковым не уверяли его при поиощи железного феликса и шестизначек Петерса, что точность определения координатпострадает на ничтожно малую величину .Убедить мне его не удалось и пришлось переделать схему привязки:»а это надо было сходить на пункт за 60 км.(если бы знал, чем мне это обернется, то в жизнь бы не пошел. Идти с всем табором в такую даль.Себе дороже.Поэтому я решил оставить конюха с лошадьми у палатки, а самому с рабочим сбегать на пункт, отнаблюдать опознак. Дуиал дня за 3 обернуться.. почти все так и получилось на третий день к обеду, мы вышли в распадок, где должна была стоять палатка. На дым, который тянуло снизу, первым обратил внимание рабочий. Мы прибавили шагу, но когда вышли к месту. Остолбенели:»кругом черная земля, кое где по склону догорают деревья, марь вдоль реки выгорела на пол километра. Палатки нет, а на этом местена моем сейфе сидит полуголый, закопченный Виктор и пытается с кем-то связаться по рации(надо сказать, что уже пришла пора легких и удобных радиостанций «Недра»в металлическом корпусе с ремнем через плечо, при хорошей проходимости на луч-антенну, можно было связаться на 150-200 км. Но наша Недра после пожара была испорчена. Связаться ни с кем не удалось.
Конюх поведал мне о проишествии:»Утром этого дня он развел дымокуры и пошел искать пасущихся лошадей.По-видимому, он плохо окопал дымокуры от них огошь добрался до палатки. Она сгорела со всем содержимым.Остался цел только мой «сейф, хоть и тонкое железо но все-таки предохранило от возгорания .А рация виселана дереве, рядом с палаткой. Сгорел комплект реек и насадка. Сгорели седла спальники и продукты .В общем, быстрее перечислить, что у нас осталось:»теодолит, пара ватников на троих два рюкзака, тент, топор,2-3 банки тушенки горсть сахара и немного чая, то есть то, что мы брали с собой плюс не работающая радиостанция, закопченный карабин и тозовка, которую я тоже брал с собой, но в чреве сейфа уцелели карты, снимки, журналы,патроны к карабину и тозовке
Хоть конюх и разгидьдяй, но нужно отдать ему должное он хорошо сориентировался в ситуации и преграждал путь огню вверх по склону не дозволив тому добраться до гребняВот тогда был бы настоящий пожар, какие мы видели в этом году по телевизору может быть на многие сотни гектаров.
За все сгоревшие пожитки, мне пришлось расплачиваться со своего кармана:»Не имел я права, как руководитель оставлять в тайге только одного человека».Правда, и здесь Виктор поступил как джентльмен (знает ли он такое слово). И вместе с тем он взял часть расходов на себя.
На этом байки динозавра-полевика заканчиваются.
С уважением, Александр

 

Вот теперь и на целую повесть материала набралось. Ещё добавить фотографий и небольшая книга готова. А когда это все будет одним куском, то будете перечитывать и ещё вспомните на такой же объём.... Я бы такую книгу точно купил себе в коллекцию.

 

Столь обстоятельно у меня как то не получиться описать часть моего поля,буду бросать короткие истории.
Начну с Чукотки,после 3 курса производственная практика на Баранихе,прииск имени ХХ сьеза партии.Оформление через кгбэшку на вьезд в пагран зону и ура полетели .Летели по приглашению иначе ни как ,тамошние рудники хотели так привязать к себе молодых спеалистов.В Питере 25 тепла ,прилетели в Москву тепло конец мая красота ,посадка на певек ,стоят люди в шубах и шапках ,потеют страсти иерихонские .Мы 4 студента в рубашках с коротким руковом прикалываемся что мол вот мол вам перевес налицо.Взлетели попилиб поелиб поспали и на те вам посадка в норильске.Самолет садиться и мы выходя из туч видим снег ,снег и 4 метра снега вдоль полосы ,ао взлетке гонят машина с турбиной и сдувает снег с поля.Обьявили о дозоправке и всех выставили наружу,ну а мы то в рудашечках а там -20 по цельсию .Летели сайгаками у вокзалу и в ресторан ,греться.
Затем дозаправившись долетели до певека.Царство красной рыбы и бархотного пива,пока нас тосовали по прииска хоть отьелись .Мне досталась Бараниха,золотые полигоны и шахта.
Вначале руководитель был маркшейдер который постоянно боялся оставит расчеты которые делал на листиках и поэтому сжигал все предварительные записи.Что бы враги не переаисали ,ну а журналы конечно в сейф.Затем перевели меня к его заму ,-хороший мужик но выпивоха.Вот как то после его очередного залетв мы поехали делать рекогносцировку пунктов ,надо было сеть скустить у одного рудника.Перед этм ысе осуждали то что мужики по пьяне на корале убили одного медвежонка ,медведица с другим убежала .Соответственно все боялись ходить в тундру одни и без оружия.Дали нам вездеход -крокодилом его звали ,не помню точно модель,и мы пгнали .Езда по тундре зачаровывет ,это как на корабле ,там сям мой начальник выходя к пунктам попивал водичку с ручейков,сушняк понимаете,его опять повело,-до этого спирт пил.Закончили мы маршрут у речки с кустами вдоль берега,тормознули так как моему захотелось кисленкого ,вот и решил там ягод поклевать .Пошли мы вдвоем ,водила в кабине спит ,ружье мы оставили ,взчли банки . Стали собирать все то что росло вдоль речки ,начальство отошло в сторону облегчиться и тут на тебе ,дикий вопль - Мишкаааааа и картина маслом .Я влетаю за 10 прыжков в кабину ,открываю верхний люк и вылажу с ружьем ,даже не смотрел заряжено или нет ,начальство поддержива штанцы ,бежало между-по-кочкам с мать перемать ,переодически вписываясь на полной скорости то в кочку то в лужу.Летит и орет ,-стреляйте мол ,медведи .Но мишка за этой людиной не побежал,да и убежать то было невозможно ,они то по тундре носяться как паровозы .Короче как оказалось ,присел он ,тут же ягодки пощипывает ,красота и все было бы хорошо не увидеав он медведицу ту с медвежонком .Мы затем конечно подкатили к тому месту,посмотреть что к чему .Медведица удрала с малым , причем медвеженок получив хорошего пинка перелетел метра 4 по реке и уже затем доплыл до след берега .

 

А я начал с Колымы 27 лет назад, но к мемуарам ещё не готов.
А читать очень интересно, свои поездки вспоминаешь и людей с кем довелось пересечься.
Но я еще готов поездить, чего и всем желаю

 

Изумительный слог достойный мемуарализации!
С вашего общего немого согласия позволю и себе поделиться кое какими воспоминаниями, а как кому-то может вполне показаться и бурными фантазиями.
Одним из первых дальних проектов, моей скромной биографии, было прекраснейшее гасфилд белый тигр, наша организация с горным наименованием «Oil & Gas Сonstruction» имела честь трудиться на подряде, у крупного шотландского строителя. Мы обладали изрядно малым флотом, призванным сопровождать укладку и сварку пайплайна. Я к тем порам уже изрядно поднаторел в геометрии земной поверхности, моя душа и разум жаждали нового, поэтому, когда мне позвонил мой старый приятель, с приятным моему уху именем, Газинур, татарским по-происхождению, с целью привлечь меня на работы, я был несказанно рад новым возможностям повидать мир, узнать новые горы, покорить их вершины. Газинур молниеносно связал меня с достопочтеннейшим руководителем строительного департамента, вышеупомянутой производственной единицы. Тот раскрыл передо мной карты, я узнал подробности грядущего проекта.
Изначально, меня очень насторожило, что меня, человека без образования и должного разумения, равно как и опыта сватают в специалисты. Несомненно я имел уже опыт, а моя гора познания, еще молодая, сокрушалась от нехватки ресурсов для роста , но совсем другого рода, однако желание уехать превзошло все мои тяжкие помышления, к тому же я рассудил, что хуже не будет точно.
Потом я понял, что главным резоном, было поручительство надежного Газинура и крайне низкая оплата моего иностранного труда, однако об этом я узнал много позже. Тогда, я подписывал первый контракт на английском языке и заверенный нотариусом перевод на русский, зарплата была, как мне казалось, гигантской, 38000 юсд в год. Уже через день я летел в Вунг-Тау, городок на побережье. Жизнь показалось мне подарком всевышнего, а звонок Газнура, не иначе как божьим промыслом. Теплый воздух грел моё тело и душу, а первый контакт с чуждой культурой сулил щедрые сокровища познания. Пристанищем моим стал немногоэтажный дом, расположенный столь же близко от джунглей, сколь далеко от развлекательных и манящих достопримечательностей славного города. К моему великому облегчению, в нашей интернациональной компании были не сплошь англо-саксонцы, присутствовали ребята из Ленинграда и братской Украины, должности они имели разнообразнейшие, мне на тот момент неведомые и звучащие забавнее моей. Первую ночь я спал сладко, предвкушая дары судьбы завтрашнего дня.
Утром, при помощи, обходительнейших туземцев, русскоговорящих товарищей мое бренное тело, с замутненным от счастья разумом было доставлено в порт-офис, где я ставил многочисленные подписи, пожимал крепкие руки, и глядел в добродушные лица. Судьба была ко мне невероятно благосклонна, первые две-три недели мне предстояло проходить инструктажи, тестирование разума, получать высочайшие разрешения на выходы в открытое море. Первоначальное осмысление моего пребывания на данной благодатной земле подкрепилось некоторым авансом, размер которого был, по моим скромным меркам просто фантастичен и поражал воображение, 147 юсд. Выданных мне чифом, хватило на месяц жизни в этом фантастическом и благословенном тропическом раю. Я тренировал свой разум использовать имперские единицы, осуществлять навигацию, изучал карты существующих пайплайнов. Не хочу прослыть невеждой и разгильдяем, коим несомненно являюсь отчасти, но все-же мое увлечение новыми познаниями в области технической, не шли ни в какое сравнение с познаниями культурологическими, не буду заострять внимание на деталях оных, но в том числе я изведал и туземной любви, которой там казалось было пропитано все. Но, дабы не утомлять вас пространными рассказами о моем, несомненно культурном досуге, перейду не медля более, к первому выходу, который, что для меня естественно, оказался сразу же с риском для существования моего бренного тела.
Оказывается труд писательский не так уж прост, позволю себе прерваться на некоторое время.

 

Сказка о синдбаде-мореходе прям! ::approve::

 

Добрый день!
Хочу поднять тему Александра Шаламова, затерявшуюся на 15 странице Курилки.
Пусть прочтут те, кто ещё не читал.

 

Да, это печально. Не знаешь жив человек или нет.
Для многих из нас Геодезист.ру станет форумом длиною в жизнь.

 

А я чаще всего вспоминаю прикольные случаи, нежели героические: мне кажется, что суть всей Романтики именно в этом.
В 1981г. работали в п.Лангепас Тюменской области (это между Нижневартовском и Мегеоном. Делали съемку под изыскания в заповеднике. Балок построили рядом с нефтепроводом. По нефтепроводу через каждые 20 км стоят компенсаторы и вентили на них. Рядом домик, в нем сторож или как его там. В общем его задача время от времени открывать вентиль и стравливать газ, чтобы сбросить давление. На лето к сторожу приезжала родня: клюквы было столько, что мы за пару часов набирали по 9 ведер клюквы каждый. Честно не вру: подставляешь ведро к кочке и консервной банкой ягоду соскребаешь в ведро. А тут приехал к нему сын. Вечером пошел бить шишку. Набил мешок, но засветло дойти до дома не успел и бросил мешок на просеке метрах в 100 от дома. Просыпаемся мы утром, слышим отборнейшие маты: "Ах ты @#$@##$, мать твою....". В общем ничего мы не поняли, позавтракали и пошли на работу. Выходим на просеку, смотрим отдельно лежат разорванный мешок и кедровые шишки. Шишки все в кучке. Кучка полита жидким медвежьим поносом сверху донизу и сплошным слоем: зеленый такой вперемешку с клюквой и брусникой, прямо как натюрморт. Полил так, что разгребать кучку и искать чистую шишку желания не возникло ни у кого. Как он это сделал мы не поняли. Думали может лапой разравнивал этот защитный слой - ничего подобного, следов когтей мы не увидели. Мишка был любопытный - его постоянно видели во время работы. Он мелькал за просекой и перемещался параллельно нам. Похоже молодой был и ему было очень интересно наблюдать за нами. Нам он не пакостил - мы штативы часто оставляли на ночь на просеке и он их не трогал. Похоже мы для него были "свои", а вот сын сторожа оказался "не на своей территории".

 

Всегда с улыбкой вспоминаю одного рабочего. Было это в 1976 г. Я тогда молодой специалист в самый первый год после окончания учебы работал помощником на нивелировке 3-4 классов. Один из рабочих (имя не помню, вроде бы Николай, в общем не важно) был как бы не от мира сего: крупный такой, по характеру добряк. Вечный неудачник. Зрение у него было то ли +0,8 то ли - 0.8, да еще очки где-то по пьянке потерял вместе со всей одеждой. Рейку всегда носил на плече (работали в тайге Горной Шории). Пару раз бывало так: рейка зацепится за ветку, он начинает как конь тянуть её вперед. Ветка как правило не пускает. Он не оглядываясь, сдает шага 3-4 назад. Ветка в это время отцепляется. Он делает разгон и на том месте где ветка его держала делает рывок вперед. Здесь ему становится не до рейки: он её отпускает, руки выставляет вперед и с криками АА-АА-АА мордой летит в кусты или на соседнее дерево, вдобавок еще и рейкой бьет по голове.Такого, чтобы на его лице не было синяков или царапин я просто не помню - оно всегда было в плачевном состоянии. Жили мы в палатках, но однажды во время сильного урагана их порвало и мы переехали в домик в деревне. Вот в этом месте мой рассказ только и начинается.
Сидим в домике: все рабочие, кроме Николая играют в 1001, я делаю постраничный на счетах (был такой вычислительный прибор), шеф читает книгу. В домике тепло и уютно, на дворе уже середина-конец октября, работы осталось на неделю. Николай лежит на раскладушке. Встает, подходит к фляге с водой, зачерпывает кружку, выпивает, ставит кружку на место. Подходит к раскладушке, только не с боку как все люди, а с заднего торца. Делает от нее два шага назад, и упирается спиной в дверь, сам внимательно смотрит на раскладушку. Мы это замечаем, бросаем свои дела и начинаем наблюдать за ним. Он в это время разгоняется и рыбкой бросается на раскладушку. Я дом назвал домиком не с проста: низкий был, старый уже. Балка (матка, в общем кто не знает - бревно такое) под потолком еще ниже была см. на 20 и как раз поперек его траектории полета. Он со всего маху бьется головой об эту балку и с громкими воплями падает на пол рядом с раскладушкой. Со стонами, всхлипываниями и бормотаньем кое-как поднимается и ложится на раскладушку. Мы хохотали чуть ли не до обморочного состояния. В прочем он вел себя так, как будто нас не было вообще. Кое-как успокоившись и перестав хохотать мы было приступили к своим делам, но не тут-то было: Николай опять встал и подошел к фляге с водой. Мы уже все в раздумье: что же будет на этот раз. Попив воды он опять встал на исходную позицию спиной к двери. Только в этот раз он уже смотрел не только на раскладушку, он поглядывал еще и на балку: взгляд на раскладушку-вверх на балку, и так несколько раз. Прицелившись взял разгон и опять прыгнул. В стене над его головой была приделана полка: доска толщиной 3 см. В общем бьется он головой об эту полку и падает на пол, причем на прежнее место. Мы думали, что обоссымся от хохота. Как потом признались все, никто из нас так еще никогда не хохотал. На этот раз в чувство Николай приходил несколько дольше, затем опять со стонами улегся на раскладушку. Успокоившись опять все принялись за прерванные дела. И тут Николай опять встает и идет пить. Все мы тогда подумали одно и то же: "Это пипес! Что же будет на этот раз". Попив водички Николай опять встает на исходную позицию. Взгляд на раскладушка-полка-балка. И так несколько раз. Ну - думаем - смерть его пришла. И тут он вдруг делает рукой отмашку, подходит к раскладушке и как все люди ложится на нее. И тут мы все разом опять подумали об одном и том же: "Через голову быстро все усваивается"

 

6 лет сюда никто не заглядывал, а тут чё-то расперло вас на байки. Стареем, коль на мемуары потянуло

 

ТехТоп, расскажи нам про твое путешествие по Японии.

 

просим! просим!