1. ВНИМАНИЕ! В течении пары дней +- будет переезд форума на более защищённый сервер. Возможны периодические перебои в работе.

Производная

Тема в разделе "Не серьёзно о геодезии", создана пользователем vlaantvomulg, 21 июл 2011.

  1. vlaantvomulg

    vlaantvomulg Форумчанин

    ПРОИЗВОДНАЯ


    Был долгожданный и так любимый народом вечер пятницы.
    В общежитии Якутского Аэрогеодезического Предприятия в комнате номер пять за столом сидели трое инженеров. Стол был накрыт газетой, поверх неё лежал лист с расчерченной пулькой. Из-под пульки с газетной страницы страдальчески выглядывал мутный старческий глаз очередного генсека – близилась середина восьмидесятых годов. Рядом, в доступной близости, на двух сдвинутых табуретках была организована трапеза: миска с мороженой пересыпанной сахаром брусникой, ломтики сала, хлеб, полиэтиленовый пакет с квашеной капустой, початая поллитра водки, пузатая бутылка болгарского бренди «Слынчев бряг», поступавшего в страну по линии почившего ныне СЭВ, и гранёные стопки. Ложка была одна на всех – ею черпали бруснику; остальные продукты, включая капусту, употребляли пальцами. Под койкой с панцирной сеткой стояли в ряд несколько припасённых на вечер бутылок водки и того самого бренди.
    Трое увлечённо играли в преферанс. Сидящий спиной к окну Цой только что удачно сыграл восьмирную, с удовольствием вписал в пульку очередные цифры, налил бренди и выпил. Партнёры пили водку. Цой закурил и, прищуря от дыма и без того узкий азиатский глаз, стал сдавать карты.
    – Раз! – начал торг сидящий спиной к двери Серёга Доброхотов.
    – Два! – продолжил Глумов.
    – Пас! – отказался Цой.
    В это время в коридоре послышались шаги, дверь распахнулась, и в комнату вошёл дымящийся с мороза Лёха Семёнов. Полушубок был расстёгнут, из карманов торчали бутылки, в руках канцелярская папка.
    – Здарова! – сказал Семёнов.
    – Добрый вечер! – откликнулся вежливый Цой.
    – Виделись! – с долей сарказма заметил Глумов. Он, Семёнов и Доброхотов работали в одной экспедиции и действительно виделись.
    Доброхотов молчал, он думал.
    – Три! – Серёга решился продолжить торг.
    – Играй! – сдался Глумов и перевернул карты прикупа.
    Семёнов достал из карманов бутылки, поставил их в общую батарею; шапку бросил на холодильник, а полушубок на койку. Не испрашивая разрешения, – так здесь было принято, – налил стопку водки, выпил, зацепил пальцами капусты, закусил и плюхнулся задом на койку.
    Лёха был самым молодым из присутствующих, но, несмотря на это, успел ожениться и жил в Мархе, пригороде Якутска. В общежитие его привели две необходимости. Во-первых, он страстно желал выпить водки, а во-вторых, – и это было главным! – в папке лежали методички с контрольными задачами, которые надо было решить и в понедельник отправить в институт, где он учился на заочном факультете.
    Семёнов выпил ещё, покурил, наблюдая за игрой, и приступил к делу.
    – Мужики! – начал он голосом кающегося преступника, просящего снисхождения у суда. – Помогите с контрольной по математике!
    Лёха развязал тесёмки папки, вытащил методичку, раскрыл на нужной странице и с надеждой продемонстрировал Доброхотову. Серёга мельком глянул на страницу и сразу же решил половину примеров в уме.
    – О! Эти примеры так просто не решить, – он затянулся элегантно сжатой в гармошку беломориной и продолжил сдавать карты, – тут нужен ум острый, особенный. Попроси Цоя, он программист, он лучше всех математику знает.
    Серёга закончил сдавать и начал разбирать свои карты по мастям.
    – Раз! – сказал Глумов.
    – Валентин, – Семёнов повернулся к Цою, – сделай контрольную, зашиваюсь!
    Лёха переместил методичку на другую сторону стола. Цой взглянул на примеры и начал ехидно рассуждать:
    – Дифференциальное исчисление, сиречь нахождение производных! Это искусство построения касательных к кривым. Берём приращение ординаты, делим на приращение абсциссы и находим предел этого отношения, устремив знаменатель к нулю. Лёха, ты умеешь устремлять знаменатель к нулю? Не умеешь! Обратись к Глумычу, он специалист по пределам! Пас! – Цой сложил карты, затянулся сигаретой и налил бренди.
    – Глумыч! Владимир! – Семёнов переключился на третью жертву. – Ты ж недавно институт закончил, ещё всё помнишь…
    – Ты же слышишь, что если такие великие умы, как Цой-Лейбниц и Доброхотов-Эйлер говорят о сложности задач, то куда уж мне, разумом скорбному? Кстати, Эйлер ослеп от мозгового перенапряжения. Ты и мне того желаешь?
    Лёха хлопал рыжими ресницами и понимал, что контрольная всё равно будет сделана, а трое поклонников Торквемады от скуки просто издеваются над ним. И ещё он опасался, что к концу пульки, все трое могут утерять способность рассуждать здраво: немалые запасы спиртного были тому подтверждением, а человека, умнеющего от алкоголя, в природе просто не существует. Неровён час, придётся приходить утром, а утром… Утром положение вообще может оказаться непредсказуемым.
    – Ну, вот эти я сам решил… А вот эти не пойму как… Логарифм синус икс… Как её вычислить? Чему равна производная, Серёга? – Семёнов опять переключился на Доброхотова.
    – У Цоя спроси, – Сергей смотрел в свои карты и понимал, что Глумов весьма опрометчиво начал торг.
    Очень приятно выигрывать и вписывать очередные числа в пульку, но когда товарищ пишет в «гору», – это особенное, изысканное, наслаждение. Сказать «пас», имея на руках шестерную игру, неприлично, но у Сергея было на руках пять взяток, и карта была весьма сильной. Он понял, что Глумов основательно «сядет». Вытянув от удовольствия нижнюю верблюжью губу и гадко ухмыльнувшись, он произнёс:
    – Пас!
    – Цой, чему равна производная? – Продолжал нудную песенку Семёнов.
    – Спроси у Глумыча.
    А Глумыч, взяв прикуп, судорожно соображал, что же делать: он «сидел» «без двух». У него была «длинная» пика: туз и мелочь; второй «длинной» мастью была трефа, но без туза. Со своего хода при несбыточно-удачном раскладе он мог бы сыграть «свою» игру, но… Решив, что есть шанс «убить» козыри у оппонентов мелкой пикой, Глумов объявил:
    – Шесть треф!
    – Пас! – Откликнулся Цой. Он уже всё понял.
    – Глумыч, чему равна?.. – Нудел Лёха.
    – Вист! – Не раздумывая откликнулся Сергей. – Ляжем!
    И Доброхотов с Цоем веером разложили свои карты: Глумов «сидел» «без двух». Вариантов не было.
    – Без двух, – обречённо согласился он.
    – Ну, чему равна…
    – Чему, чему! – Глумов был явно раздражён. – Пристал, как банный лист к ж… Мёртвого поднимешь! Логарифм синус икс? Котангенс!
    – Как котангенс?! – Семёнов плюхнулся на койку. – Врёшь! Доброхотов, правда?
    – Правда, правда, – Доброхотов наполнял свою стопку.
    – Цой? – Лёха ждал подтверждения и от него.
    – Точно! – подтвердил Валентин.
    Семёнов видел, что они не врут. Он раскрыл тетрадку, достал ручку и записал: y’=(ln sinx)’=ctgx.
    Он тупо уставился в тетрадь и начал рассуждать:
    – Тут логарифм. Дальше синус икс. А потом котангенс. Откуда котангенс? Цой, откуда котангенс?
    Цой улыбался вежливо, Доброхотов ухмылялся гадко, хмурый Глумов сдавал карты.
    Синяя книжечка с гербовым тиснением и записью о том, что ему, Семёнову, присвоена квалификация инженера, казалась теперь такой недосягаемой!
    И Лёха потянулся к бутылке…
    2008 г.
     
  1. Этот сайт использует файлы cookie. Продолжая пользоваться данным сайтом, Вы соглашаетесь на использование нами Ваших файлов cookie.
    Скрыть объявление
  1. Этот сайт использует файлы cookie. Продолжая пользоваться данным сайтом, Вы соглашаетесь на использование нами Ваших файлов cookie.
    Скрыть объявление